Как открыть шоу-рум и сделать карьеру дизайнера одежды

Как открыть шоу-рум Новости

Уютный шоу-рум за кулисами, где представлена ​​одежда российских дизайнеров, находится в самом центре Москвы. Высокие потолки, тяжелые бархатные подъезды гардеробных, много места, стеклянные столы, витрины с авторскими украшениями и перила, на которых вешается одежда — в зависимости от оттенков цвета. Женщин привлекает одежда — качественные ткани, пошив одежды, уникальный дизайн … Здесь есть все на любой вкус, и каждый найдет себе занятие по душе среди различных брендов и коллекций.

Анастасия, которая вместе с двумя подругами придумала этот женский мини-рай, сидит с чашкой зеленого чая на уютной кушетке и рассказывает нам, как им это удалось. Глядя на нее, можно не сомневаться, что она дизайнер до мозга костей, поэтому образ у нее безупречный — от стильного зика-таби на ногах до прически. Никому и в голову не могло прийти, что не выпускник Косыгинского текстильного института, а скорее эколог, доктор биологических наук начал эту историю с выставочного зала и дизайнерской одежды. Однако проект появился в ее жизни задолго до салона, когда вместе с Юрием Бачинским она создала собственный бренд (первоначально назывался Sugarfree, позже Sophistika).

Вопрос 1.  Как Вы встретились со своей работой – сразу, по воле случая или в результате долгого поиска?

Настя: Это не случайно, но история довольно странная. До 2005 года в моей жизни было все ясно — бакалавриат и аспирантура РУДН, докторская диссертация в МГУ — эти процессы занимали у меня все время. А потом меня защитили, и с 2006 по 2013 год я работал экологом в Смоленском национальном парке — как мне объяснили, было бы глупо защищать диссертацию и не работать по профессии. У меня были хорошие перспективы — мне предложили работу в МГУ, докторантура обещала быть очень быстрой, но … мир академической науки очень жесткий, и я по своей природе не желаю бороться и мне лень было добиваться вершины, хотя моя профессия Мне этот понравился.

Еще со времен института я одевалась с помощью портных и домочадцев и все время что-то шила, шила себе одежду. После этого не было интернета, и поначалу не было журналов мод — их откуда-то привозили! В 1996 году появился Bazaar, затем в 1998 году — Vogue, L’Officiel, я изучал его, создавал свои фантазии … Так оно и было. Когда в 2008 году разразился кризис, моя сестра спросила меня: «Почему бы тебе не шить для других? У тебя будет большой бизнес». В то время это казалось очень простым — никаких вложений не требуется, деньги можно вывести из торговли, чтобы обойтись без инвесторов. Все как-то само собой получилось.

В то же время не могу сказать, что меня очень интересовала одежда и я никогда не был шопоголиком. Возможно, это был способ самовыражения для меня. Когда я только начинал заниматься этим бизнесом, у меня была идея, что сущность человека раскрывается через одежду, одежда взаимодействует с людьми, и вы не знаете, кто на кого ставит — собачий хвост или собачий хвост … И моя первая коллекция была довольно авангардной — связки орехов и Из прорезей платьев торчали болты, были пуговицы и болтики … но любопытно, что все раскупилось. От этой коллекции у меня ничего не осталось, ни одной вещи.

Может быть, мне это было легко, потому что я не боялась, я не понимала всех трудностей … Кроме того, у меня был личный опыт срочной работы — моя швея приехала в Москву на две-три недели, и мне тогда нужно было сделать гардероб. Я быстро пробежалась по всем магазинам, которые знала, сняла все по эскизам — ткани, аксессуары … Так что у меня появилась идея, как себя вести.

Когда я начинала собственное дело, меня посоветовала швея из Львова, и ее опыт оказался удачным. Тогда я подумал: «Как мило, я люблю ездить во Львов, и у меня там бизнес!» И какое-то время я ходил туда три-четыре раза в год с готовыми наборами технических эскизов, там все сшивал, а готовые вещи привозил.

В то же время я пытался учиться, я пытался получить опыт от всех, кого встречал — от портных, дизайнеров … Я ходил на курсы, чтобы понять, как это делается. Изначально шила две-три штуки, но для третьей коллекции она выпустила несколько размерных рядов,и она тоже была распродана (я до сих пор считаю ее очень успешной, такая была феминистская коллекция). Сейчас здесь все прошито — у меня работает домохозяйка, и если нужно много экземпляров, отдайте в магазине.

Когда я начинал, было очень мало возможностей найти работы русских дизайнеров, хотя я интересовался этой темой раньше. А потом была Мария Бергельсон, которая начала заниматься воскресным рынком, сначала в виде всплывающего магазина. Я работаю на этих рынках с 2009 года, и мы продаем все. Я, конечно, был тогда, на самом деле я не был проводником, но это было ошеломляюще … Ты полный новичок, ты входишь со своими вещами, а полные инопланетяне берут все и сметают. Помню ощущение пустой полки, оно было очень высоким. Рынков тогда было очень мало, они были довольно редкими, публика их ждала и всегда было что-то интересное. Я встретил там Кристину Топс (я знал Рузанну Гукасян раньше), и в какой-то момент мы поняли, что нам нужно место, где люди могли бы покупать дизайнерские вещи все время, независимо от рынка. Так и был создан наш выставочный зал.

Я должна сказать, что судя по деньгам, мы оказались в очень выгодном положении, поскольку в выставочном зале есть группа людей, которые платят очень низкую арендную плату. Даже если я не смогу насытиться продажами за месяц, эта аренда меня не убьет, я могу встать и двинуться дальше. И если бы я был один, даже аренда за один месяц могла бы положить конец моему бизнесу. Однако, несмотря на кризис, девушки продолжают покупать наши вещи. А если говорить об индивидуальном пошиве, то количество заказов увеличилось — покупатели все чаще заказывают вещи самостоятельно или из другой ткани … Возможно, потому, что во время кризиса люди хотят, чтобы их деньги были полезнее, чтобы тратить больше. внимание, и, в отличие от магазинов, мы можем его предоставить.

Вопрос 2. Какое место в Вашей жизни занимает работа?

Настя: Моя работа — это моя жизнь, они совпадают по времени. У меня никогда не бывает выходных. Это правда, я могу позволить себе поехать — да, когда я уйду, моя работа закончится, но я не привязан к строгим срокам, я могу позволить себе перерыв. Например, в прошлом году мы ездили в Индию на 56 дней. Что касается моей карьеры, то у меня нет популярного мировоззрения — я не собираюсь отгружать свои вещи в вагонах, развиваться и т.д. именно так, как мне это нравится.

Когда я смотрю на крупные дома моды с очень сжатыми сроками и плотным графиком, мне их жалко, потому что у них нет времени наслаждаться этим. Да, я могу это сделать. Да, я понимаю, что это не способствует быстрому расширению, набору массы и т. д., Но я не очень к этому стремлюсь. Для меня самое главное — это процесс, и очень важно что-то делать быстро, тогда страдает качество — не потому, что кто-то злится, а потому, что это происходит. Это закон. Здесь, в Берлине, я смотрела дизайнерские вещи — это ужасно с точки зрения качества. Две трети просто не взяли бы в салон, если бы они пришли ко мне с таким качеством — неудовлетворенный оверлок, торчат нитки, стежок идет, идет, потом отвалился и все началось заново! Вдобавок ко всему, даже с автоматическим заводом вы просто не пропустите QCD! На мой взгляд, если вы продаете что-то за 200 евро или больше, вам нужно относиться к своим потенциальным клиентам с уважением и продолжать попытки. Дизайн там хороший, но качество зачастую совсем не удовлетворительное.

Вопрос 3. С какой музыкой Вы бы сравнили свою работу?

Настя: Трудно сравнивать с какой-то музыкой, потому что она другая. Когда есть невыполненные заказы, и вы пытаетесь выпустить коллекцию одновременно, происходит перерыв. Но в других случаях это может быть своего рода расслабленная обстановка … Но в целом, говоря глобально, они, вероятно, американские академические минималисты, такие как Филип Гласс, Стивен Райх. Капает и капает … но есть какое-то развитие … своего рода индустриальная музыка.

Вопрос 4.  Если бы вы искали себе преемника, на что Вы бы обращали внимание?

Настя: Важно то, что нужно наследнику с этой должности. Я бы в первую очередь искала кого-то, кто был бы довольно разносторонним солдатом и мог бы работать в моем стиле. Во-вторых, он должен вникнуть во все детали дела, как я …он должен быть очень заинтересован. Кстати, это проблема, которая возникает всегда, когда мы нанимаем человека, потому что очень часто люди приходят только на должность. В этом нет абсолютно никакого смысла. К нам пришли аморфные и пирожки, и они останутся в таком положении. И обязательно, чтобы мужчина пришел не в полицейский участок, а на рассказ, и чтобы он был увлечен историей! Человек должен с этим жить.

Вопрос 5.  Что раздражает в Вашей работе, утомляет? Что даёт силы двигаться дальше?

Настя: Безответственность, невыполнение обязательств раздражает. Обычно, когда я прихожу на производство, мы обсуждаем все нюансы, глядя на картинку, где отмечены важные места. Но иногда случаются непредвиденные вещи — то, о чем мы договорились, не выполняется, сроки не соблюдаются.

Также был эпический процесс поиска хорошего продавца. Заработок у нас сопоставим с тем, что они зарабатывают в ГУМе на аналогичной должности, мы не требуем, чтобы продавец был постоянно у полок, но атмосфера достаточно спокойная, как по графику работы, так и по атмосфере. К сожалению, на собеседования часто приходят люди, которые ничего не знают о нашем салоне и не могут ответить на вопрос «зачем вы сюда пришли? Мы всегда тестируем кандидатов, просим их выбрать несколько наборов — скажем, для невысокой и полной девушки и для высокой стройной — и часто потенциальный продавец говорит: «вот что я надену». Но не нужно убирать «она бы это сделала», и это устраивает другого человека — покупателя! Мало кто это понимает …

Скучная бухгалтерия, даже думать противно. К счастью, это не бесконечно, и все можно отдать на аутсорсинг по невысокой цене. Тогда, поскольку все довольно просто, мы не суперкорпорация, поэтому нет никаких сложностей.

Вопрос 6. Что бы Вы посоветовали самой себе в начале карьерного пути?

Настя: Я тоже училась в институте, и по тому же направлению. Я рано поступила в институт, надо было чуть позже … С третьего курса начала нормально учиться. Так что я бы посоветовал поработать год или два, а затем поступить в институт. Только тогда начальник встал бы на свое место, учиться было интересно … Конечно, первые два курса мне не противно, но времени на учебу отчаянно не хватает, его просто не хватает! А дальше все текло естественно, я нормально развивался, в каком бы насилии я не совершал, мне в этом плане очень повезло. Что ж, мне нечего сказать.

Вопрос 7.  Вы могли бы заниматься чем-то ещё? Чем именно?

Настя: Я бы, наверное, в университете учила, как меня зовут … И еще открыла бы кафе с кухней, названной моим именем. Еда была бы довольно простой, но ее нужно было бы собрать, потому что я люблю ее перемешивать. Когда я заинтересован в чем-то, меня очень часто мотивируют продукты — скажем, есть два продукта, и я пытаюсь понять, что с ними делать, потому что я думаю, что это была бы хорошая комбинация. Я нахожу в Интернете два десятка рецептов, поднимаю шум и занимаюсь своим делом. Конечно, это не всегда работает, но обычно вполне съедобно. Многие из моих друзей говорят мне: «Давай, открой кафе».

У меня тоже был некоторый опыт: однажды приготовила ужин на 22 человека. Была особая задача — двое из них не ели свинину, было несколько вегетарианцев и несколько простых людей, и нужно было обеспечить разнообразную еду … Я ел. Это было интересно. Дело в том, что 22 человека — это совсем другое количество, начинаешь думать, садишься с калькулятором, думаешь, сколько разных блюд тебе нужно, считаешь количество ингредиентов, вес пропорции.

——— imgs ——————— конец imgs ———— https: // profarea .ru / статьи / как-дилют-кареру-7-вопросы-к-дизайнеру-одежды-соорганизатору-шоу-рума.html

Оцените статью
Женский Мир